Головна | Козацька доба | Війни XIX-XX ст Краєзнавство | Мовознавство | Туризм | Література | Друзі | Контакти   

Чернігівський полк | Ніжинський полк | Стародубський полк | Інші полки | Війни XVII-XVIII | Галерея | Реконструкція

Історичний нарис | Історія сотень | Старшина | Карти


Ніжинський полк: Конотопська сотня

Батуринська (1654-1782)
Бахмацька (1654-1782)
Березанківська (1648-1654)
Березнянська (1654-1672)
Бобівська (1654-1663)
Борзнянські дві (1654-1782)
Веркіївська (1654-1782)
Волинська (1654-1663)
Воронізька (1654-1663; 1665-1668; 1669-1782)
Глухівська (1654-1663; 1665-1782)
Дівицька-Володькова (1654-1658)
Дівицька-Салтикова (1654-1782)
Дроківська (1654-1663)
Заньківська (1758-1782)
Івангородська (1654-1782)
Киселівська (1654-1663)
Кобижчанська (1654-1663)
Конотопська (1654-1782),
Коропська (1654-1663; 1665-1668; 1669-1782)
Кролевецька (1654-1663; 1665-1668; 1669-1782)
Кустівська (1654)
Мглинська (1654-1663)
Менська (1654-1663)
Мринська (1654-1744)
Ніжинська перша (полкова) (1648-1672)
Ніжинська друга (1648-1654; 1716-1782)
Ніжинська третя (1649-1654; 1672-1687; 1736-1782)
Ніжинська четверта (1649-1654; 1764-1782)
Ніжинська п’ята (1649-1654; 1764-1782)
Ніжинська шоста (1649-1651)
Ніжинська сьома (1649-1651)
Новгородські дві (1654-1663)
Новоміська (1654)
Новомлинська (1654-1663; 1665-1668; 1669-1782)
Носівська (1654-1663)
Оленівська (1654-1663)
Олишівська (1654-1756)
Підлипненська (1654-1663)
Погарська (1654-1663)
Понорницька (1654-1663)
Попівська (1758-1782)
Поповогірська (1654-1663)
Почепська (1654-1663)
Прохорівська (1672-1782)
Рождественська (1654-1672)
Сиволозька (1654-1663)
Синявська (1654-1663)
Сосницька (1654-1663)
Стародубська (1654-1663)
Стольненська (1651-1655)
Топальська (1654-1663)
Хорошеозерська (1663-1672)
Шаповалівська (1651-1782)
Шептаківська (1654-1663)
Ямпільська (1672-1709; 1722-1782)

Конотопська сотня
за матеріалами http://www.grad.konotop.net

ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК

Нижинский полк занимал ливый берег Десны, начиная от м.Салтыковой-Дивицы и кончаясь устьем рички Ивотки. Это пространство разделялось р.Сеймом, почти на равныя части, природа которых резко различалась между собою: Засеймье, т.е. северная часть полка, как физическою своею природою, так и внешним видом населения, приближалось к той «литве», под именем которой и до ныне слывет народ северной половины теперешней Черниговской губернии. Южная часть полка составляла переход от «литвы» к тем степям, которыя «литва» звала «Украиною». - По физической своей природи, территория Нижинскаго полка составляла переход от лисной Малороссии к степной. Наибольшие лиса здесь находились на междоричии Десны и Сейма (Ямполь, Глухов, Воронеж., Кролевец, Короп). Довольно значительными лисами покрыт был берег (левый) Десны от устья Сейма и до м.Салтыковой Дивицы. Весь этот берег очень низок, вследствие чего Десна образует здесь значительные заливы и озера, воды которой и питали окружавшую их лисную растительность. Вследствие низкаго берега, заливы Десны простирались иногда верст на десять и более от русла, причем в последствии многие из этих заливов обратились в более или менее значительные болота, получавшая название голов. |13) Слиды наиболее значительных галов остаются и поныне в Борзенском уизди, на пространстви ограниченном селами: Красноставом, Холмами, Степановкою, Кладьковкою, Британами, Берестовцем и Оленовкою.

Произраставшие на пространстви Нижинскаго полка лиса были по приимуществу лиственные; хвойные лиса являются в них лишь вкрапленными там, где почва из сирой переходит в сыпучий писок. В лисах Нижинскаго полка почти вовсе не существовало ни будницкой, ни гутницкой промышленности, которая была так развита в лисах Стародубья. Отсутствие этой промышленности зависело кажется, от недостатка населения, которое в пределах Нижинскаго полка было очень незначительно еще и в пер. полов. XVII в. Территория этого полка представляет собою почти сплошную равнину; поэтому старийшия здешния поселения находятся между риками и болотами, которыя и служили защитою для первоначальных здешних «градов». Из последних старейшими были здесь: Уненеж, Всеволож, Бахмач и Биловежа (см. стр 1); кроме названных «градов», могли бы тут и другие такие же «грады», неизвестные лишь по случайному о них умолчанию литописи; слиды этих градов быть может остаются - на правому берегу Удая (Бакаевка, Дорогинка и друг.) и по ливому берегу Остра (Омбыш, Ивангород и друг). Хорошо было защищено водами побережье Десны, где в настоящее время находятся села - Крадьковка, Воловица, Холмы, Ядуты, Красностав, но нет сомнения, что на этих мистах поселения возникли только в позднейшее время; вероятно, в к. XVI в. или нач. XVII в., когда топкие Деснянские берега несколько пообсохли.

Гораздо большую защиту для поселений представляло собою междоричие Сейма и Десны, ограниченное с СВ реками Ретью и Свиднею. Но значительная часть и междоричие этого долго покрыта была сплошными болотами (Мельня, Озаричи, Любитове, Алтыновка, Ксензовка, Атюша, Былка...) Издревли годилась для поселения здесь -возвышенность около Коропа. И действительно есть основание предполагать, что местность эта была заселена не позже ХIV- ХV в. На это заселение указывает известный разсказ из родословия кн. Глинских, о том как один из последних выводил разбитаго татарами (в 1399г.) Витовта из южнорусских степей к Коропскому по-Десенью. -114) Мистность к СВ от Рети, ограниченная Десною, Ивоткою и Клевенью, отчасти покрыта была значельными хвойными лисами (Воронеж, Ямполь, Марчихина Буда), а частью представляла собою изрытую оврагами гористую местность (Кролевец, Ярославец, Кубаров, Зазирки, Воргол, Локня). Здесь, в хвойных лисах, население появилось не раньше нач. XVII в., а в гористой местности оно существовало уже и в XII в. Глухов и Воргол конечно, принадлежали к древнерусским поселениям.

Орошение территории Нижинскаго полка было довольно скудно. Кроме Десны и Сейма, остальныя рички были незначительны; да и они с обнажением берегов от покрывавших их лесов, высыхали и теперь многие из них представляются лишь в виде зеленеющих от неизсякшей ще влаги, ложбин. Все рики Нижинскаго полка, исключая одного Удая, составляют притоки Десны с их собственными притоками. Перечисляем эти Деснянские притоки, называя и притоки сих последних.

Ивотка, с прав. стороны принимает Кремлю (Дорошивка), а с ливой: Лютую (ок.с.Ображиевки), Усок и Свесу.

Шостка (от Пироговки до Макова) с правой стороны принимает Понурку (Собычев).

Османь начинается от с.Слоута, течет мимо х.х. Каплицы и Писаревича (под Воронежем) и впадает в Десну, между с.с. Разлетами и Погореловкою.115) Османь принимает с правой стороны Осоту (Лужники, Клишки, Воронеж) и с ливой - Реть (Обтове, Реутинцы, Подолово, Быстрик, Тулиголовы), у которых ея притоки: справой, Ретик(Дубовичи) и с ливой Свидня (Кролевец).

Сейм принимает с прав. стор. Клевень у которой ея притоки с правой стороны - Локня (Морозовка) Воргол (Литвиновичи) и Бсмань (Волокитине, Семеновка, Некрасов, Глухов, с.Есмань). притоки Сейма с ливой стороны: Гнилица, Сарнавщина и Куколка (Веревка, Поповка, Шаповаловка и Сосновка).

Дочь (Тростянка, Носилевка, Высокое, Прачи, Адамовка, Красностав), сливающаяся при приблежении к Десни с Дивицею, Трубином и Лошью, которыя образовались из Деснянских заливов и потому в своем течении обозначаются недостаточно определенно. Повидимому, в Лошь вливалась с правой стороны - Борзна116) (г.Борзна Стрельники, Бахмач, Тиница), - ричка Загоровка составляла приток одного из Деснянских заливов, носящего теперь название больших галов и сливающегося с Дочью, Дивицею и Лошью.

Вересоч (с.с. Вересоч и Хиболавка).

Остер, вливающийся в Десну около г.Остра, принимает с пра-вой стороны Смолянку, которая под Нижином обратилась ныне в громадное болото, и Рыбец (с.Бурковка), а с ливой: Дивицу и Крапивну. Кроме перечисленных притоков Десны, по южной части Нижинского полка протекал своими верховьями - Удай (Бакаевка, Дорогинка, Припутни, Крупичполь, Рожновка).

Деление Нижинскаго полка на сотни. В 1654г. в пределах Нижинского полка существовали около 20-ти сотень: полковая, Веркиевская, Салтыково-Дивицкая, Ивангородская, Сиволожская, Оленовская, Борзенская, Шаповаловская, Бахмацкая, Конотопская, Подлипенская, Батуринская, Новомлинская, Рожественская, Кролевецкая, Глуховская... Все эти сотни, кроме полковой и Веркиевской, названы в описи 1654п 117) Но это деление просуществовало повидимому недолго; едва ли не при Брюховецком, образовавшем новые полки, Нижинский полк подвергся новому делению на сотни, которых было образовано 20-ть, а именно: три полковые, Олишевская, Мринская, Веркиевская, Салтыково-Дивицкая, Прохорская, Новомлинская, Борзенская, Шаповаловская, Ивангородская, Бахмацкая, Батуринская, Конотопская, Кролевецкая, Коропская, Воронежская, Глуховская и Ямпольская. - При Разумовском западный угол полка с двумя сотнями, Олишевскою и Мринскою, отошел к Киевскому полку, а в оставшихся сотнях образованы были четыре новые: четвертая полковая, Заньковская, вторая Борзенская и Поповская.

Из этих сотен шесть: Новомлинская, Кролевецкая, Коропская, Воронежская, Глуховская и Ямпольская, составляли как бы отдельную часть полка под названием Засеймских сотень. С переселением гетманов из Батурина в Глухов, Засеймские сотни в походах составляли как бы личный гетманский конвой. 118) По универсалу Апостола 1728г., Засеймския сотни были приняты «по прежнему, под бунчук», причем бывший Глуховский сотник Иван Мануйлович назначен был «общим их командиром», а «полковник Нижинский, сказано в универсал и, до них дила не имиет и до полкового правления оных не привлекает».

Конотопская сотня занимала часть побережья р.Сейма и нескольких незначительных притоков послиднего, название которых или утратились или переиначились. Из этих притоков главный представляет собой теперь - болото Гнилицу 333), служащие северною границею земель села Гуты. Следующий за Гнилицею приток, называемый на картах Сарнавщиною, конечно есть ричка Езуч, которая где то к ю.з. от города Конотопа сливалась с ричкою Конотопом, бывшию притоком болота Исухи. Западнее от Езуча, в Сейм вливалась речка Куколка, протекавшая чрез сс. Веревку, Поповку, Шаповаловку и Сосновку. В речку Езуч вливалась ричка Липка, протекавшая чрез сс. Подлипное и Семяновку. Вся эта мистность в 1628-29гг. не имела повидимому, ни одного еще поселения. В Путивльских писцовых книгах 1628-29гг. описана- «межа уколному бортному ухожю Липицкому, что за рикою за Сеймом, в помистьи за Гаврилом Дашкова Кривопишевым с братьею и с тем что порожний Ивановский жеребей Афанасьева сына Дашкова.» Межа этого Липицкого ухожья означена следующими урочищами: «от болота Исухи до устья (рички) Конотопа да сверх (вверх?) Конотопа..., по Никольский ложком по верховья (Конотопа?), а от верховья прямо чрез поля, по Синецкую дорогу; а Синецкою дорогою идучи от Путивля, по правою сторону по дубовой колок, а от дубового колка идучи Прилуцкою дорогою, до городища Пустой Торговицы; и от дороги Прилуцкой вверх болотом Торговицею, поверховья Куколчего логу, да вниз Куколчевым логом по речку Язучею и по болото по Исухи, да вверх болотом Исухами по правую сторону по устья Конотопом.» 334) (Конотопов?) По этим границам легко узнать мистность восточной части Конотопского уизда, находящуюся между с.Вязовою (Путивльск. у.), г. Конотопом и сс. Поповкою, Сосновкою, Гирявкою и Семяновкою 235). Вся эта мистность в перв. четверти XVII в. значит, была еще не заселена и лежала пустырем. Первых насельников сюда привлекло к себе Липицкое бортное ухожье, иначе - Липицы, которые судя по тому что русско-польская граница проходила здесь около Куколчего лога, находились в черти Московского государства336). Путивльские воеводы писали Хмельницкому в 1649г., что посылали они из Путивля к Конотопу и на Липицы, в Путивльский уизд, сотника Фиглева да сына Боярского Юдина и они наехали на земли великого государя, что Литовские люди Конотопцы владеют царского величества многою Путивльскою землею и всякими угодьи 337). Из этих сведений видно, что мистность Конотопской сотни начала заселяться в нач. второй четверти XVII в. и к концу этой четверти уже существовали - Конотоп и Липицкие поселения, т.е. с.с. Подлипное и Семяновка. Поселения в северо-восточном углу Конотопской сотни (Старая, Хижки, Озаричи) появились может быть и раньше, под защитою лисов, покрывавших берега Сейма. СЁЛА КОНОТОПСКОЙ СОТНИ

Г. Конотоп рч. Езуч 381), основан как можно думать, вслид за Поляновским договором, т.е. ок. 1634г., на Путивльском рубежи который проходил около «Куколчего логу», слидовательно недалеко от Конотопа (см. ниже, с. Поповка.). Конотоп основан был в види «городка», обнесеннаго с трех сторон валом, который двумя параллельными стор.онами упирался в речку Езуч, составлявшую четвертую сторону этого городка, причем теперешний собор находился почти в его центри. Таким образом Конотоп был одним из тех пограничных укрепленных городков, которые поляки устроили по линии Путивльскаго рубежа. Первое упоминание о Конотопи относится к 1647г. Извистный Освицим в своем дневники пишет, что в августи этого года, коронный канцлер Юрий Оссолинский издил из Варшавы на Задниприе, в Батурин, Конотоп и другие тамошние свои ленныя маетности(i insze majetnosci swoje tam lezace, lennem prawem trzymane) 382 ) Можно думать, что вслид за Деулинским перемирием (1619г.) Оссолинскому было отдано королем побережье Сейма около границ Московскаго государства, для заселения и постройки здесь городков, которые бы защищали границу. Такими городками и явились здесь - Батурин и Конотоп 383). Занятые под поселение Конотопа земли до того принадлежали путивльцу Никифору Яцину, которому взамен занятых для Конотопа земель, Оссолинский обищал дать Знобовскую слободку и д.Студенок, около Глухова 384); но обищание это не было исполнено, почему по изгнании поляков, Яцин стал было у Конотопцев отнимать бывшие свои земли. Возникший между Конотопцами и Яциным земельный спор разбирался в Москви 385), но кажется, дело это кончилось ничем: трудно было уже сдвинуть Конотопцев с миста...

Литопись Самовидца сохранила интересные свидиния о судьби Конотопскаго польскаго старосты Сосновскаго: после изгнания поляков (1648г.) сидивший в Конотопи староста (Оссолинскаго?) был оставлен в покои и продолжал жить здесь со всей своей семьей. Но когда вслид за поражениями Хмельницкаго под Зборовым и под Берестечком, в 1652г. последовало поражение поляков под Батогом, народ в отмщение за прежния неудачи, стал «забивать» оставшихся поляков, «где и того старосту Сосновскиго в том же замку Конотопском, тая своеволя убила з жоною и з дитьми, и там же, в том замку Конотопском, в колодязь всих вкидано» 386) При описи московскими переписчиками в 1654г. Малороссии Конотопския укрепления описаны так: «г.Конотоп стоит на р.Конотопи. Около посаду к р.Конотопи, сдилана осыпь земленая, на осыпи огорожено острогом дубовыми бревнами; меж того острога сделаны четверо произжие ворота; на воротях и по острогу башень нет. Около того острогу, с двух сторон сделан ров к рики Конотопи. В том остроги поставлены дви церкви деревяные: соборная церковь во имя рождества пресв. Богородици... другая церковь во имя св. великомучен. Георгия...

Да в том же остроги, на площади, стоят на станки на колесах, четыри пищали желизные чугунные; да подле того города над р.Конотопью, сделан другой город; около того города с трех сторон к р.Конотопи сделан вал земленой, а подли того городового валу, сделан ров до рики ж Конотопи; а земленой вал во многих мистах обвалился; да в том земленом городи сделан панской двор над р.Конотопью; около того двора сделана осыпь земленая, на осыпи огорожено стоячим острогом... Около того острога, подле земленые осыпи, сделан ров с трех сторон, а с четвертые стороны подле того острогу, над р.Конотопью, рва нет, что подли тое рики, под стеною гора. Да от земленого ж валу к р.Конотопи и по той рики около того дворового острога, к тому ж земленому валу сделан отводной стоячий острог в води - как в осадное время по воду ходить. Да меж того земленого города и дворового острога, сделаны ворота произжие и через рвы сделан был мост и тот мост весь сгнил и обелился (siе). А в том земленом городи и в панском двори жилых дворов нет, только стоят в том двори панские хоромы...» 387) Из этого описания видно, 1) что весь город был обнесен земляным валом, по гребню котораго устроен был «острог» из дубовых бревен; 2) что в большом городи заключался другой меньший городок, так же обнесенный земляным валом, около котораго выкопан был кроми того ров и 3) что в меньшем городки находился «панский двор», окруженный валом с дубовым острогом на нем и с рвом около вала. Кроме того из крипости устроен был к води «отводной стоячий острог», для безопаснаго получения воды во время осады города. Как видно, Конотоп укреплен был прочно, из чего слидует заключить, что основывался этот город с целями стратегическими. - Конотопския укрипления пригодились Выговскому в 1659г., когда незадолго до заключения известнаго Гадяцкаго договора, он решил не впускать русских войск в Малороссию, для чего приказал Нижинскому полковнику Гуляницкому занять Конотопскую крипость «для воспящения сил российских», в которыя под начальством кн. Трубецкаго и Ромодановскаго вступили в Малороссию, для уничтожения замыслов Выговского. Русскому войску нельзя было оставлять в тылу занятую противником крипость и - кн. Трубецкой осадил Гуляницкаго в Конотопи. Но осада эта велась вяло: приступы русскаго войска против крипости были неудачны, не смотря на многочисленность войска у Пожарскаго и незначительное сравнительно количество осажденных 388) можно думать, что Конотопские укрипления дийствительно были сильны...

Начатая с половины апреля, осада затянулась до конца июня. Этим временем воспользовался Выговский и соединившись с поляками и татарами, направился к Конотопу. Самовидец говорит, что Выговский соединившись с татарами у с. Крупичполя, пошел оттуда на с.Тиницу, т.е. через Биловежскую степь, избегая конечно тех переправ, которыя предстояли ему в с.с. Гайворон и Голенки, если бы он пошел по «великому тракту» Прилуцкому.

Остановившись у Тиницы, Выговский выслал оттуда козацко-татарский отряд к с.Сосновки, где предстояла переправа через рч. Куколку (в литописях неправильно называемую Сосновкою), на другом берегу которой кроме того, находились уже «сторожевыя сотни» великорусскаго войска. Здесь, 27 июня, произошла стычка высланнаго отряда с этими передовыми сотнями, после которой, как говорит современник 389), татары и черкасы от Сосновки отошли. Узнавши о приходи Выговскаго, кн. Трубецкой отрядил к Сосновки значительную часть своего войска, вмисти с князями Ромодановским и Пожарским.

Войска послидних расположились у с.Сосновки, по берегам Куколки. Сюда двинулся накануни Петрова дня, т.е. на другой день посли первой стычки, и Выговский. В тот же день здесь и произошло то ужасное сражение, в котором погибла значительная часть русскаго войска, осаждавшаго Конотоп. У Самовидца Сосновское сражение одписано так: «юля 28 дня, в середу рано, гетман Выговский, войско вшиковавши козацкое и польские корогвы, просто на Сосновку рушил, а хан з ордами на Пустую Торговицу рушил, з людом перебранным до бою. И там прийшовши гетман Выговский до Сосновки, к переправи, застал великие войска его царского величества, с которыми был околничий князь Григорий Ромодановский и князь Пожарский, и иных много началных людей, конных и пиших; и на килки годин у той переправы велми бой был, але хан з ордами, с тылу, от Конотопу, ударивши, оных зламал, где за один час болей ниж на двадцать тысячей албом на тридцать люду его царского величества полегло». К этому краткому но обстоятельному описанию, мы можем сделать слидующия пояснения: когда Выговский пришел в Сосновку, то его войско от войска великорусского раздиляла ричка Куколка, которая отсюда тянется на восток к с.Гирявки, мимо урочища Пустой Торговицы, находящагося невдалеки от теперешняго х.Сарановки 390). - Татарский хан отдилившись от Выговскаго, пошел по южному берегу Куколки до Пустой Торговицы (версть пять от . Сосновки), и переправившись здесь через ричку, вироятно у теперешней Сарановки, ждал разгара сражения - у Выговскаго с Ромодановским... Выбрав удобный момент, татарские войска бросились на русския - с тылу.

Это движение судя по известию Величка, удалось, благодаря запальчивости Пожарскаго, который, нападая на Выговскаго, не принял никаких мир против возможности обхода неприятеля с тыла, присутствия котораго там он, вироятно, никак не предполагал. К извистию Самовидца может быть добавлено свидиние статейнаго списка событий в Малороссии в 1659г., в котором очевидец, описывая Сосновское сражение, говорит: «и был бой до вечерень а о вечернях татаровя многие люди и черкасы обошли государевых ратных людей, спорным гребнем и от деревни Поповки, и учали побивать, и в полон имать, и в обозы вбили, и окольничих кн. СМ. Пожарского и князя С.П.Львова взяли живых... 391) Здесь говориться о другом обходи русскаго войска, который сделан был уже отрядом Выговскаго. Этот отряд пошел по правому берегу рички Куколки до с. Поповки, в которой переправившись через Куколку, повернул назад по направлению «спорнаго гребня» ) и ударил в тыл праваго крыла русскаго войска, около теперешняго села Шаповаловки, если только это село тогда существовало. Из этих свидений видно, что козацко-польско-татарское войско Выговскаго разбило русское благодаря двум обходным движениям перваго, которыя не были предупреждены русскими военачальниками и которыя имили ришающее значение на исход сражения.393) - Посли этого поражения, кн. Трубецкой снял осаду Конотопа и отошел к Путивлю, а Гуляницкий пошел на соединение с Выговским. В «Истории Руссов» сообщается, что после Сосновскаго сражения, Конотоп был разграблен отрядом кн. Ромодановскаго, но об этом событии другие источники ни словом не упоминают, почему сообщение «Истории Руссов» весьма сомнительно... Памятником Сосновскаго сражения остается теперешняя Конотопская Вознесенская церковь, извистная в народи болие под именем Сорокосвятской. Церковь эта выстроена по начинанию Брюховецкаго, который писал в 1667г., в Москву, что он намерен «царя и виры ради православныя избиенных от татар, идеже мощи под г.Конотопом лежащие, составити храм четыредесят мучеников и на тот храм и древья уже нисколько тысячей высич велил... только надо его царского пресв. величества из казны вспоможения и на колокола, чтоб вел. государь пожаловал дви пушки, которыя лежат в казни.»394) Не знаем, когда именно, но церковь эта была построена, так как в акти 1699 г. читаем, что Андрей Лизогуб купил в Конотопи «плецы» - «озле гребли миской, над берегом, в парафин Сорокосвяцкой.» 395) Церковь эта была построена на предмистьи («подварках») Дрижчовки, которое «мискою греблею» ( и теперь так называемою) соединялось с другим предмистьем - Загребельем, т.е. тою частью Конотопа, которая находится на другом берегу (правом?) Езуча. На Загребельи первоначально поселился Федор Кандиба, прийдя в Конотоп из Корсуня; ему приписывается построение Загребельской церкви св. Николая; другая Загребельская церковь - Богоявления построена в 1740г., Даниилом Андреевичем Кандибою.396)- На«мисокй гребли» было построено несколько водяных мельниц, из которых находившиеся ближе к Дрижчовке, принадлежали Костенецким и Кандибам, а находившиеся ближе к Загребельскому берегу, - были скуплены Андреем Лизогубом. Южное предмистье Конотопа, где ныни находится Успенская церковь, называлось Волкогоновским. Оно упиралось одною стороною в болото, которое по берегу (ливому?) Езуча тянулось до устьи рички Липки, бывшей притоком этого Езуча. Здесь, при устье Липки, была насыпана плотина, на которой построены были дви мельницы. Плотина с мельницами существовала здесь уже в 1671г., когда «п. Лугина Иванович, обыватель Конотопский», купил на этой плотини одно колесо у Василия Пестуна, а затим вироятно, скупил и другия бывшия здесь «кола», так как насыпанная здесь плотина к нач. ХУШв. получает название «Лугининой гати». Лугинския мельницы переходили из рук в руки, пока в нач. ХУШв. не купил их козак Никифор Савуйско, как видно из универсала Скоропадскаго 1719г., - «ознаймуем, иж Никифор Савуйско, козак сотни Конотопской, купивши гребелку у Лукяна Баклана, козака сотни Конотопской, и в удовствующой г-жи протопопивной Мигалевской, в сполном их владении, под самым мистом Конотопом будучую, прозываемую Лугина гать, а оправоючи оную власним своим коштом, просил нас о подтвержателний на тую куплю универсал, с прилогом и того в нем докладу, дабы з стоячих на той гребельци двох млинков вешняков, по одному килко колу себи миючих, части войсковой и размировых приходов... не брано. Теди мы, гетман, увидавши з розыску... же и прежде з предриченных млинков часть войсковая не бралася, для того, что тую гребелку завше господари ею владившие, гачовали... з тих мир прошению не отмовляем и як сим универсалом ствержаем ему, Савуйску, помянутую купленную з млинками гребелку в всегдашное свободное заживание...» Данная Савуйску, по этому универсалу, льгота повидимому, основывалась не столько на «розыски», сколько на свойстви его с генер. писарем Семеном Савичем. 397) Конотопския водяныя мельницы вмисти с соседними -Подлипенскими, Сарнавскими, Веревскими, Озарицкими и Саранскими, приносили немалый доход гетману, от котораго поставлен был поэтому особый «дозорца Конотопских млинов панских», на обязанности котораго лежало собирание с мельников части следовавшаго в пользу гетмана помола; «а с помянутых мельниц до разорения города Батурина, ко двору бывшаго гетмана изменника Мазепи, збиралась половинная часть.» 398) В числи этих дозорцов встречаем: Федора Сулиму, в 1680г., на дочери котораго был женат старший сын гетмана Самойловича, Юрия Харевича, в 1691г.399)

В истории Конотопского мищанства самым замичательным фактом была отдача его гетманом Разумовским, в ранговое владиние генер. обозному Кочубею. В универсале 1751г., читаем: «по данной нам от ея императорскаго величества власти, определяем на ранг г. обознаго генер. Кочубея маетности: мистечка Новыя Млины, Конотоп и Борзну, со всими к ним принадлежности и угодиями... а тих опредиляющихся ему г. обозному генер. Кочубею маетностей посполитые подданные, кроми Козаков там живущих, с грунтами их, ему г. обозн. ген. К-бею отбувать должны всякие по принадлежности подданнические повинности и послушенства...» 400) Для отдачи этих иминий в ранговое владиние Кочубея, была назначена особая комиссия, которая при этом как жаловались Конотопские землевладильцы, безправно включила в число ранговых, немало и их земель. Впрочим, отдача Конотопского мещанства в ранговое владиние Кочубею, не помешала мистной старшини продолжать увеличение подсосидческаго населения в Конотопи, количество котораго к к. XVIII в. превысило цифру мищанства более чем вдвое. В ранговом владении Кочубея Конотопские мищани оставались до 1781г., когда были обращены в «коронных поспослитых».

Сохранилась интересная опись Конотопской сотни, сдиланная по распоряжению гетмана, с неизвестною целью, в 1711г.,401) на основании которой можно получить опридиленное понятие о населении Конотопа в самом начале XVIII в. Из описи видно, что тогдашний Конотоп заключал в себе: собственно город, или «мисто», и три «фольварка» -Волкогоновский, Дрижчовский и Загребельский, причем козачье население каждой из этих частей составляло и особый козачий «курень» которым завидовал особый куренный атаман. «Товариство», т.е. козаки, по описи разделено на конное и пишее. В таком же виде описано им «поспольство», а также и «протекцианты» мистной старшины, в число которых входили как козаки так и посполитые. Курень миский, т.е. курень городскаго центра, заключал в себи: 39 домохозяев конного «товариства» и 39 - пишаго; его куренным атаманом был Степан Лобода. Курень Волкогоновский - 46 конных и 36 пиших; куренный атаман Клим Кириенко. Курень Дрижчовский- 29 конн. и 34 пиш. (Атаман не показан). Курень Загребельский - 25 конн. и 49 пиш.; кур. атаман Михайло Поповна. «Поспольства городоваго» показано: 300 домохазяев, в том числе конных только 20. «Протекцианты» показаны слидующих лиц: 1) Григория Костенецкаго - 6 домохоз.; все они - из поспольства и живут в «купленных хатах. 2) Андрея Лизогуба живущих в таких же «купленных» хатах и «вольных от всяких миских повинностей» - 24 домохоз. из поспольства, и кроме того, «под протекциею» его же Лизогуба: 3 козака и 5 посполитых. 3) Андрея Кандибы, живущих в купленных хатах, «вольных от розних до легливостей миских» - 20 домох. из поспольства и особом - «под протекциею»: -12 домох. из Козаков конных (7) и пиших (6). 4) «Протекциантов» п. писара генеральнаго, т.е. Семена Савича - 12 домох.; и них 10 - из козак. и 2 из посполит. 5) «Отца Протопопа» (Мигалевскаго) хат купленных, «вольных во всем» - 3, с живущ. в них посполитыми. 6) «Хаты купленныя вольныя» следующих лиц: о. Федора Загребельскаго, (т.е. свящ. Николаевской церкви), п. Михаила Кохановскаго, поручика Балкашина, п. Якова Грабовскаго, «п. Яна, капитана бывшаго жолнерскаго», п. Матвия Волиоватого (Костенецкаго), п. Григория Покотила, о. Федора Успенскаго (т.е. священ. Успенской церкви), о. Иосифа Сорокосвятскаго (т.е. свящ. Сорокосвятской церкви) и п. Василия Харевича; всего у них показано 19 хат причем наибольшее количество у отдельных лиц три хаты и наименьше одна. -Перечисленныя «протекцианты» как видно, делились на два рода: 1) на продавших свои хаты старшини или священникам и оставшись затим жить в этих «купленных» хатах, на правах будущих подсосидков и 2) на взятых старшиною под «протекцию» с обязательством защищать их от общественных повинностей, что со временем должно было привести этих «протекциантов» к продажи своих хат протекторам и к переходу в положение подсосидков... Из описи 1711г. видно, что в Конотопи в это время было: Козаков 297 (конных- 139 и пиших 158), поспольства-300 и протекциантов- 104 семей, а всех-701. если считать на семью средним числом по три души, то жителей в Конотопи в 1711г., было около 2 000 душ. Кз. А. бунчук, товарищей - 10 семей; значков, товарищей 14 семей; сотенной старшины - 5 сем.; гр. коз. 119 дв., уб. 145 дв.; поде, козач. 42х.; поде, вдовы Андрея Кандибы, «убогие зароботков питаючиесь» - 30 х.; Андрея Лизогуба-35 х. и один «протекциант» сотника Григ. Костенецкаго

- 14 х.; сына его, Ивана Кост-аго - 2 х.; б. т. Вас. Харевеча

- 3 х.; значк. тов. Степана Кост-аго; зн. тов. Никифора и сыновей его, Семена, Павла и Кондрата, Езучевских - 2 х. и зн. тов. Степана Гацука - 1 х. Б. старшины, священников и др. разн. чинов лиц - 67 дв. (В том числе: б. тов. Данило Кандибы дом о 10-ти покоях, судьи полков. Базилевича - о 4-х; капитана Мацкевича - о 4-х; в. тов. Андрея Лободы

- о трех; сотника Андрея Таранскаго - о 4-х); Козаков -373 дв.; 568 х.; в том числе пушкарей - 8 х. и почталион. - 6 х.; козач. подсос. - 17 дв.; 23 х. и бзд. 14 х. Кз. А. мищан, гр. - 66 дв. и уб. - 202 дв.; подсос. Поспол.

- 5 х. и «поповск.» - 6 х. Б. «посполит. коронных» - 71 дв.; 96 х. и бзд. 3 х.; разночинч. подсос. - 186 дв.; 249 х. и бзд. 72 х. и поде, священннич. - 13 дв.; 17 х. и бзд. 3 х.

Хутора Конотопские.

Среди лисов, прилегающих к Конотопу с северо-восточной стороны, расположено несколько хуторов, начало которых относится к к. XVII в. Часть из этих хуторов возникла около водяных мельниц, а часть была заведена из за тех удобств, которыя представляли лиса для винокурения и для выпаса скота. Из этих хуторов наиболее значительными в к. XVIII в.; были слидующие:

X. Сарнащина. По акту 1678г., Конотопский житель Грицко Моцик продал «п. Васку Прасолу займище, лежащое за Сарнащиною, за 30 золотых;» а из универсала Скоропадскаго 1719г., видим, что в это время здесь, у козака Василия Васильевича Прасола была «гребля» с водяными мельницами. В 1781г. Сарнащина принадлежала: Нижинск. полков, судьи Базилевичу, Степану Парпури, капитану Мацкевичу и в. тов. Армашевскому.

X. х. Варуховский и Совин. Первый из них устроен в к. XVII в., как видно из универсала Мазепи 1698 г. - «обьялял нам п. Андрей Федорович Кандиба сын, товарищ войсковий, же купил в жителей Конотопских, за певную сумму, займище, прозываемое Москалювка, на рици Конотопи, выше г. Конотопу лежачое, которое до занятя гребли здалося быти способное, и просил нас абисмо ему на том займищи, позволили греблю висипати», что гетманом и было позволено. На этом займищи был устроен Кандибою хутор, получивший название Варуховскаго, вероятно по имени перваго собственника этой земли. Распространяя свой хутор, Кандиба стал занимать соседние земли и садить на них подсосидков, преимущественно из Конотопских жителей, при этом поселил другой хутор, называвшийся по прозвищу первых поселившихся здесь подсосидков, Совиным. Когда же после отдачи Конотопа в ранговое владение Кочубею, назначенная коммисия стала приводить в известность Конотопское посполитое население и его земли, то нашла, что Кандибы захватили к Варуховскому своему хутору, много Конотопских земель; к числу этих земель коммиссия причла и Совий хутор, который по этому отобрала от Кандибы. Последний жаловался в генер. канцелярию, но конечно без успеха, так как ему невозможно было доказать свое право на захваченныя'земли, особенно в виду такого сильнаго противника. Но когда Разумовский был в начале 1764г. отставлен от гетманства и с Кочубеем стало по этому легче спорить, Кандиба попробовал силою возвратить себе Совин хутор. В августи 1764г., Кандиба писал в генер. канцелярию: «каковы прежде применены мне, чрез ненадлежащий коммиссиею собственных моих вечистых добр отбор и отдачу в ранговое г. обознаго генералного С.В.Кочубея владиния, обиды и разорения, и опустошения, об оных довольно есть генер. канцелярии известно, но какие в недавном времени приключены чрез Матвия Каменева, управителя г. обознаго, також и от дозорцы его, и от мужиков конотопских, и по хуторам жиючих, собственных моих таковых грунтах, докоих и комиссия ни в чем не касалась, обиды и разорения, оные следуют: из шедшого июня 1 дня, в вечеру, жиючие в владении г. обознаго люде Дмитро и Григорий Ющенки с товарищи, человек до 30-и, будучи довольно напилие, с коллем и рубанцями, гвалтом напав на собственний мой хутор, прозываемый Варуховский, находячихся тамо людей моих били тиранско, безпощады, и тем своим гвалтовническим нападком оной мой хутор вовсе разорили...» Описывая далее насилие Кочубеевских управителей, Кандиба говорит: «предписаний управитель Каменев наслав на собственние мои поля, людей до 40-ка человек, с компанийцами, гвалтовническо забрали собственнаго моего жита коп 65, приченяют мне с произношением похвалок, в конец мене разорить, обиды и опустошения...» Но жители Совина хутора, т.е. отобранные от Кандибы крестьяне, в ту же генер. канцелярию и тогда же, писали другое: «когда учрежденною в Конотопи коммиссиею о неналежном завладенных разными чинами посполитских грунтах, принадлежащих к ранговому г. обознаго генерального владению, бывший до сего в неправильном завладении б. тор. Данилом Кандибою футор, называемый Совы, отобран от него из жительствующими в оном людьми причислен к ранговой его маетности, то оний Кандиба злобясь за.сие, сыскивал всякие способи, как бы нас принудить с того хутора витти: насилал сина своего с вооруженными людьми и других подчиненных своих, кой неоднократно набегая гвалтовно на оный хутор, делали разные обиды и разорения... Но не удоволясь тем, Кандиба подущает и нини сотенного Конотопского асаула Тихона Орловского, кой в немалом числе Козаков, на показанний футор тайно и явно наижжая, гоняется с такою яростию за людьми, что те, которые в болотах (были найдены?), вбижав в оное по шию, крится принуждены... с намерением нас переловить, занял себе он (Орловский) квартеру в состоящем поблизу футора Сови, Кандибином футорци... Он же Орловский на идучих на добровольной дороги, с нас Василия Горбенка брата, а Дмитра Совенка сына, малолетних, гвалтовно напал, захватил их в двор Кандибин и забив в колодки, содержал сутки в крайнем утиснении; а потом и находящуюся в замужестви в с. Бочечках, с нас Яреми Чепи дочь, прииздившую в показанный футор, таким же образом подхватя в двор Кандибин и забив ее в колодки, через трое суток держал и раздивая до нага, немилостиво бил. Мы будучи всечастно угрожаемы такими гвалтовными нападками и сверх того будучи уверяемы от многих что он, Кандиба, похваляется тем, что мы нигде от его рук укрыться не можем и опасаясь, чтоб он, Кандиба, или помянутий сотенний асаул Орловский, не подхватил в Кандибин двор и в таком случаи не послидовало бы каких по злоби оного Кандибы, нам мучительств на здоровьи увитча, недель до четырех уже, удалясь з домов своих принуждени оттакових нападений по отдаленным чужим домам криться, через какову нашу отлучку хозяйство наше приходит к крайнему разорению, а жены и дети без пропитания страждут...» В заключении, жалобщики просили у генер. канцелярии защитить их от обид и разорений Кандибы. Жалоба эта написана в конци октярбя, т.е. через два мисяца после жалобы Кандибы. - Как видно, Кандиба хотел страхом разогнать жителей Совина, хутора без которых и земля стала бы не нужна Кочубею, а затим - на земли этой Кандиба легко мог поселить новых подсосидков. Но эти попытки не удались и Совин хутор оставшись у Кочубея, избавился таким образом от последующаго закрипощения... По описанию 1781г., в Варуховском хуторе показано: 12 двор; 16 х.; а в Совином - 11 дв.; 16 х. X. Лобковщина. При рч. Конотопи, куплен б.т. Данилом Кандибою 1737г., у вдовы козака Савченка, за 700 золотых, причем проданная мистность обозначенная так: «в вершини става п. Кандыбилаго (теперь - х. «Кандибина гребля» с водяной мельницею, около Загребелья), против лиса, прозываемаго Чернишевщина, чрез болото, в кути, где прежде хуторец бывал...»

Кроме этих хуторов, около трех десятков мелких хуторов было разбросано по Конотопским лисам. В числи их хутора старшинские были слидующие: 1, б. тов. Данила Кандибы, 2, капитана Ивана Мацкевича, 3, Конотопскаго почтмейстера Степана Парпуры, 4, в. тов. Андрея Поводы, 5, в. тов. Ивана Езучевскаго, 6, умерш. Зн. т. Василия Кузюры, 8, в. тов. Семена Езучевскаго, 9, кол. ассес. Михаила Гамалии и друг. Во всех этих хуторах кроме владильчиских приизжих домов, было еще по несколько хат подсосидков. Во многих из хуторов устроены были и винокурни. В числи козачьих хуторов наибольшая была группа, состоявшая из 12 хуторов, принадлежавших козакам: Холоду, Коваленкам, Федору Коту, Сизионам, Кузькам, Бондарам др. Во всех этих хуторах было - 36 х., в которых жили сами хозяева. Из этих хуторов впоследствии образовалось три ныне существующие хутора: Кузьковы, Бондаревы и Сахновы.

С. Гуты безыменное озеро, поселены в нач. второй полов. ХУПв., по разсказу старожилов в 1730г, - таким образом: «неякийсь гутник устроил был гуту здавна и к оной гути - населились прихожани». При Самойловичи, Гуты были причислены к «Подлипенскому дворцу» (см. с. Подлипное) и таким образом вошли в состав Батуринской волости. По описи 1711г., с. Гуты - «маетность рейментарская», а в них: «поспольства» - 12 дв. и «товариства» - 6 дв. и «о. Григория Мигалевскаго» (Конотопскаго священника) - хаты купленние волние», в которых живут дви семьи посполитых. Это - те крестьяне которые позже стали называться подсосидками. - По описи 1726п, - крест. 12 дв. и коз. 8 дв. О крестьянах сказано: «оные бывали прежде всего, как за Мазепу изминника, так и ныни, у дозорца Подлипенскаго, никаких денежных и хлибных и прочих всяких доходов не платили и по ныни не платят; токмо до онаго дворца отбивают всякую подданническую работизну.» история Гутянских крестьян одинакова с остальныму крестьянами Батуринской волости. Кз. А. гр. бдв. подсос, Костенецких - 2 х. Б. 4 дв., - 14 х. Кз. А. «описаны на ея величество,» гр. 8 дв., уб. 11 дв. Б. Батур. волости подданных» 12 дв., 17 х. и мел к. Влад. 5 дв., 8 х.

По описанию 1781 г., около с. Гут в лисах, показано несколько хуторов, из которых каждый заключал в себе кроме владильческаго дома, по несколько хат подсосидков. Напр. х. Горкавинскип, зн. тов. Степана Таранскаго,.в котором кроме дома владильца показано три хаты подсосидков. Поселение гутянских хуторов относится к нач. XVIII в., как это видно и в купчей 1728г., по которой приобретен'Горкавинский хутор отцом Степ. Таранскаго, - «Леонтий Горкавий маючи свой власне купленний футор располажением под сел. Гутами, именно: двор з хоромним строением, гай, також пахатние и синокосние поля... продал Леонтию Таранскому, знатному мищанину Конотопскому за сумму монети доброй, осовито для всякого правного турбаторазолотих 240...» 402\

С. Старая, р. Сейм, по генер. слидствию поселена Пясочинским; но едва ли это показание вирно, так как поселение здесь должно было возникнуть из хат мельников, живших около тех водяных мельниц, которые здесь устроены были благодаря удобной для того местности, вироятно еще раньше Пясочинскаго. Мельницы здесь были устроены на одном из старых русл Сейма, который их минял и миняет как всякая быстротекущая между отлогими берегами рика; от старого русла получило название свое и село. В купчей 1693г. читаем: «житель с. Старой Клименко, миючи клитку (мельничную) еще небожчика отца моего в с. Старой, на гребли и на рици прозвизком Старый Сейм, перший продалем п. Тимофею Радичу, полколеса ступного, потом знову видячи, иж не могучи сперти (устранить недостатков своих, в той же клитци миючи ставидло переднее, камень мучний, продалем увечность п. Юрию Харевичу, за золотих 400 и 70.» 403) По другой купчей 1681г., два брата Семененки, козаки и жители Старанские, продали «славетне урожоному п. Якову Лизогубу, колесо мучное камень середней Старой, зо всим хоромним строение, стоячим над ричкою Старым Сеймом... за сумму 300 талерей битых.» 4<м) Тут же имели мельницы и Кандибы, как видно из универсала Мазепы 1702г. - «ознаймуем... иж просил нас, гетмана, п. Андрей Кандиба, на сейчас будучи сотником Конотопским, абисмо позволили ему впусти находячуюсь волную землю в сотни ж Конотопской, к рици Сейму, по с. Старою, между болотами Гнилицею и Маевою, занять для вырощения гаю, на гачення гребли находячейся в том же с. Старой на р. Сейму... Жадаем и миле приказуем, абы п. Кандыби в занятю тоей земле, не хто не важился найменшой чинити перешкоды...» 405) Таким образом мы видим, что в Старую устремились вси Заднипровские в Конотопщину выходцы: Лизогуб, Харевич, Радич и Кандиба; все они понакупили здесь кроме мельниц, еще и земель, на которых первоначально здесь и поселились. Видно, что Старая по своему мисторасположению, представляла все экономическия удобства: воду, леса и заливные луга. Удобства эти были таковы, что сам Мазепа, уже будучи гетманом нашел выгодным и себе приобресть несколько водяных мельниц, как видно из универсали Скоропадскаго, по которому Радич пользуясь благоприятным моментом, выпросил себе у новаго гетмана «сельцо Старое». В универсале, 22 декабря 1708г., написанном в Лебедини, читаем: «ознаймуем, иж п. Тим. Радич, зн. тов. в., просил нас о привернени (по возвращению) каменя млинового на р. Сейму, от которого был отдален бывшим гетманом Мазепою, и в других в двох каменях там же" войсковых частей, тож о наданье селца, именуемого Старое. Мы теди на годные и знаменитые его п. Радича в войску Запорозском здавна роненые праци и заслуги респектуючи, а особливо уважаючи, же от нашествия неприятельского шведского немалую в субстанции своей понесл руину и убыток, як тот отнятый млиновый камень приворочаем и во всех четырех колах там же на рици Сейму найдуючихся, войсковыя части при нем заховуючи, ствержаем, так... вновь ку вспарту его домовому сельце именуемое Старое, где и футор его найдуется, надалисмо...» 406) Однако ж несмотря на этот универсал, Скоропадский Старую от Радича вслид за тим, отобрал и присоеденил к Подлипенскому дворцу, так как по описи 1711г. Старая называется «маетностью рейментарскою». По этой описи в Старой показано: гетманских крестьян («поспольства») - 21 дв. и «купленныя хаты» частных владильцев, с поселенными в них «посполитыми». Послидние были поселены в этих хатах, вероятно у них же и купленных, на правах подсосидков, хотя этим именем еще и не называются. Таких хат в Старой в 1711 г., было: у Старанскаго попа (Федора Харевича) - 7 х., у п. Кандибы (Андрея) - 3 х. и у п. Леонтия Лащинскаго (зятя Радича) - 8 х. Козаков в это время в Старой уже не было, потому что всех их успели посадить в «купленных хатах» Кандиба, Радич и Юрий Харевич, который кроме того сына своего Федора устроил еще и священником Старанскои Покровской церкви. - Таким образом Старанские крестьяне были присоедины к Подлипенскому «дворцу» а козаки переписаны старшиною в подсосидки. По описи 1726г. крестьян в Старой показано: 10 двор, и замечено, что они ни каких доходов не платят, так как и жители с. Гут, а служат ко дворцу (Подлипенскому) работизною. Кз. А. нет, а вместо их показаны подсосидки Кандиб, Антоновича (зятя Радича), сотника Осипа Костенецкаго, б. тов. Дорофеевича и Старанскои «попади», всего 21 х. подсоседки эти показаны ревизорам 1736г. на месте Козаков, по тому конечно, что происходили из Козаков. Б. нет. Кр. А. «описи, на ея величество», гр. 6 дв., уб., 5 дв. Б. крест. Батуринской волости, 9 дв., 11 • х., майора Николая Неплюева, 3 дв., 3 х.; б. т. Данила Кандибы, 8 дв. 10 х.; в. т. Харевича, 2 дв., 3 х., умерш. сотника Конотопск. Колоши (?) 2 дв., 2 х., в.р. Мироновича, 1 тв., 3 х. бзд. 3 х. монахини Глуховск. монаст. Федоры Огиевсковны, приезжой двор и подсоседков 6 х., священника Старанскаго Федора Сантовскаго, подсос. 1 х. По описи 1781г. в Старой значится церковь деревяная, а о жителях замечено: «жители сего села по неиминию здесь пашенной земли, в хлибопашестви не упражняются, а для пропитания зажинают хлиб в селах уизду Путивлскаго. Лис они жгут на угол ьи и отправляют для продажи в Конотоп, Батурин и др. места; возят также возами в те же миста, дрова». С. Жолдаки, р. Сейм. При гетманах, как в Батурини, так и в Глухови, состояло несколько десятков особаго рода пихотинцов, называвшихся жолдаками, т.е. солдатами. 407) Шафонский говорит (Черниг нам., 69), что жолдоки набирались из двух сел, Жолдаков и Спасскаго (Кролев. у); но это может быть вирно только относительно втор.пол. XVIII в. Раньше было не так. О начале жолдаков и их назначении разсказывает Полуботок в одном своем донесении в сенат, 1722г. - «прежных времен, за прежде бывших гетманов, опроч приватных служителей их гетманских, были в услугах дому их же жолдаки, на стороне мешкаючие (т.е. жившие по своим домам), которие помисячно прииздячи, переменою в двори гетманском варту (караул) отбували и до всяких недалеких посилок тут же в городи или в самом двори отправуемы, употребляемы были, вместо жолнеров, (слово однозначащее с жолдаком); яких (жолдаков) числом за изменника Мазепы было 80; покойний же гетман г. Скоропадский з перваго разу, при себе держал их з 50, а после 20 человека одправивши, остановил в служби той только 30. А ныне, по смерти его, г. гетмана, на лице обритаются 27 человек; в том числи, атаману их по 4 р., кунтуш тузинкового (простаго, собств. - дюжиннаго) сукна, кафтан киндяковый (сермяжный), и прочий всем жолдакам по 1 р. в год, да по габяном биляку (верхняя шерстяная одежда, билаго цвита 408)жаловане видавано не из приватного респекту гетманского, но з скарбцу войскового покуховных доходов. Хлиб теж получали они з гетманской маетности на булаву належной, з села Подлипного, атаман по 2 четверика, а рядовые все по 1 четвереку в мисяц.»409) Отсюда видно что жолдаки первоначально нанимались на службу из ближайших к гетманской резиденции сел; но затим, при Скоропадском, служилые жолдаки обзавелись в Глухови семьями и выпросили у гетмана для выдан поселения своих семей, землю около с.Старой, на берегу Сейма. Из образовавшагося таким образом поселка и возникло теперешнее село Жолдаки. Когда Бутурин был отдан Меньшикову в 1726г., то и население Жолдаков было приписано к «Батуринскому присуду;» а когда поели падения Меншикова, капитан Семитов описывал Батуринскую волость «наея величество», то и жолдаков записал в число посполитых. Поэтому генер. канцелярия в январи 1727г., писала в малороссийскую коллегию, что «жолдаки - войсковие люде, мешкаючие в Конотопской сотни, которие при гетманах и после, при генер. Малоросс, канцелярии, службу и караулы отправляли и были и ныне суть войскового, звания, а не посполитого», почему просила «давнего порядку войскового не переминять» и оставить жолдаков на прежнем положении, чтобы «жолдаки найдовалися на воинской служби, для посылок и караулов при енер. канцелярии, попрежнему званию и обыкновению.» - Не знаем было ли исполнено это представление генер. канцелярии, но как видно в короткое время владиния Меншикова Батуринскою волостью, управитель послидней Гудович успел таки наложить руку и на село Жолдаки, дозволив селиться в последнем и посторонним людям. Это видно из слидующаго распоряжения гетмана Апостола, сделаннаго в к. октября 1727г. - «суппликовал до нас Иван Горецкий, атаман жолдацкий с товариством, жалостне прикладаючи, что в село их Жолдаковку, которое за антецессоров наших осажовано для життя самим им жолдакам, вместившися посполитие люде по приказу дозорци Батуринского Гудовича, великие кривды им делают, а паче грунта их пахатние и сенокосние пустошат и пущи (лисов) рубати им владилци околичних сел боронят. Теди ми, гетман, видаючи, что оние жолдаки, за антецессоров наших издавна до правлиния гетманскаго надлежачи, грунтами своими в селе Жолдаковци владили и в уизди рубать пущу им было невозбранно, так и ныни помянутых жолдаков принявши до двору нашого наслуговувать, велилисмо оним видать сей наш универсал, чрез которий мати хочем... абы дозорца Батуринский и протчие тамошние гражданские и сотенние владельци им, жолдакам, в рубаню пущи и в владении грунтов их... жадной не чинили перешкоды...»4|°) Называемое в этом универсали село Жолдаковка при Апостоли было уже настолько значительно, что в нем в это время построена была церковь. В сентябри 1729п, в диариуше (журнале) генер. канцелярии записано: «по супплици Андрея Негефеля, капитана жолдацкого с товариством, дан лист (от гетмана) причинний (просительный) до преосвященного Киевского, дабы был указ до протопопи Конотопского о посвящении церкви новопостроенной в с. Жолдоковци». Из этого же известия видим, что «жолдацкая рота» находилась под командою какого то капитана-нимца. Этот капитан как видно, впослидствии в чем то провинился и был лишен начальства. Но кажется, трудно было найти замистителя Негефеля и последний снова назначен был жолдацким капитаном, как видно из слидующаго универсала Апостола, написаннаго на имя «атамана жолдацкаго с товариством,-» Андрея Негефеля, капитана вашего, Любо на время от команды жолдацкой отставили есмо, еднак розсудивши, что в той команди надлежащего правления без определенного при оной капитана, не будет попрежнему ему Андрею Негефелю, полицени от нас над вами команда, которому маете, яко комендиру своему, во всем что надлежит до службы нашой, отдавать послушенство и повиновение; а он, Негефель, подлуг данной ему от нас инструкции, повинен справоватись и по оной надлежащее чинить исполнение.. .»4") По смерти Апостола жолдацкая рота едвали не была упразнена; так можно думать потому что в 1757г. жолдацкий капитан (ОаЬпе! ТЬоизепп) прося генер. канцелярию выдать жолдакам жалование, представил «видомость, коликое число состоит в новонабранной жолдацкой роти атаманов и радовых жолдаков, на коих надлежит произвесть з скарбу войскового за изшедший 1757год, годового жалованя и за сентябрьскую треть за провиант, третного денгами». В этой видомости показано - два ротных атамана, четыре вартовых атамана, два барабанщика и 107 рядовых жолдаков.

Жолдацкая рота закончила свое существование при П.А.Румянцови, который по словам Шафонскаго (Черн. Пам., 69) обратил ее «в регулярную роту, названною фузелерною, которая нимецкие зеленые кафтаны с палевыми обшлагами, палевые камзолы и штаны носила...» Обкащение жолдаков ы «фузелеров» и перимена прежней одежды на нимецкую, встретили со стороны их протест...

Жолдацкие офицеры, капитан Бубличенко и прапорщик Орловский, подговорили жолдаков подать в Малороссийскую коллегию «доношение с просьбою - не занимать их российским платьем и регулами», о чем и лично просили Румянцова, заявляя, что «их в регулярную службу напрасно занимают...» Последствием этого любопытнаго протеста было строгое наказание: Бубличенко и Орловский лишены были чинов, а рядовые жолдаки -наказаны плетьми и затем посажены на год в острог... Такое распоряжение Румянцовим сделано 15 июня, 1765г.; но уже 24 ноября, в день тезоименитства императрицы, Бубличенку и Орловскому -«прежние их чины были обьявлены», а затем они были причислены к фузелерной роти, всерх комплекта. Рядовые жолдаки были прощены в январи 1766г.

Население с. Жолдаков по ревизии 1736 г. не показано, а по описанию 1781г. оно значится так: «фузилерной при малорос. Коллегии состоящей роты, прапорщик-1, служ. сержант-1,отставн. сержант-1, отставн. унтер-офицеров-2, капрадов-2, солдатских увольненых от службы - 48 двор., 51 хата; служащих - 36 дв., 38 х., подпоручика Гурскаго подсос. - 2 х. и прапорщика Евжика подсос. - 1 х. «- Жители сего села по причини неиминия у них довольных земель к землиделию, по большей части, зажинают хлиб в селах Путивльскаго уезда: Бурыни, Корсаковой, Поповой Слободи и друг., жгуть угольи и продают в Конотопи и иных мистах.»

С. Озаричи, р. Сейм, образовались повидимому, из хат мельников, живших около водяных мельниц, которыя здесь издавна были устроены по рукавам р. Сейма. Название села указывает на те озера, которыя образовались здесь по берегам из ричных заливов. 4|3) Начало Озарич должно быть отнесено к нач. XVII в., а может быть и к ХУ1в., так как водяные мельницы должны были здесь появиться, по удобству мистности для их устройства, очень давно. По актам Озаричи известные с 1656г., когда б.Хмельницкий своим универсалом утвердил это село за Крупицким монастырем. Универсал этот очень интересен: в нем говорится сначала о жалоби Крупицких монахов на «великия кривды», которыя им причиняет своеволие «товариства» «в Спасском полю и тих грунтах, надежных издавна к монастырю св. Спаса», причем Крупицкий игумен показывал гетману лист п. Пясочинскаго, данный на те грунты; затем гетман говорит, что и он своею властью подтверждает дарение Пясочинскаго, «даючи во власть отцам Батуринским тот монастырь (Спасский), Спасское поле, Божок, Любитове, Заболотово, Озаричи, с отчиною...» 4|4) Из универсала не видно - были ли эти села только подтверждены или же - даны Хмельницким вновь; можно понимать и так и иначе... Вирние, что монахи показав Хмельницкому лист Пясочинскаго на «Спасское поле» (т.е. на Кролевецкое село Спасское), выпросили и соседния поселения, пользуясь расположением старого гетмана к монастырям.4М) По описи 1711г. в Озаричах показано: козак. конных- 8 и пиш. 4 дв., крест. Крупицк. мон. - 10 дв. и кроме того, 14 двор, «мирочников и мелников, будучих под п. старостою рейментарским и Подлипенским,» да «купленных хат»: Григ. Костенецкаго - 2 х., Андрея Лизогуба - 1 х. и «пани Кочубейшин дворец.» Из этих сведений видно, что владение монахов на Озарицкие мельницы не распространялось, причем эти мельницы повидимому, оставались во владении частью мистных жителей, а частью у сторонних лиц, купивших несколько мельниц у Озаричан.415) Кз. А. гр. 5 дв., уб. 4 дв. Б. коз. 21 дв., 37 х. и «пушкарей» генер. аркил. 5 дв., 13х. Кз. А. Крупицк. мон. гр. 1 дв. и «посполитых нищетных, мирочников при млинах тамошних Сеймовых обретаючихся, с которых до описного дворця Подлипенского часть собирается, подданных монастырских» - 10 дв. Б. Крупицк. монаст., 5 дв., 12 х. и мелк. влад. 3 дв., 3 х. - из ревизии 1736г. видно, что в это время все «мирочники» стали монастырскими «подданными», причем это обстоятельство может быть указывает на скуплю монахами водяных мельниц, продолжавших впрочем отдавать часть на Подлипенский «дворец». - По описанию 1781г., Озаричи - «на лугах, на небольшом взгорьи, которое весняным.временем со всих сторон водою от реки Сейма окружается. Земли пашенной мало и для хлебопашества берут землю с половины, в с.с. Кзенковки, Мельни и др. Большая же часть жителей заработывают хлиб зажоном в с.с. Подлипном, Семяновки и друг.» 416) С. Веревка около болот, составляющих слиды одного из притоков Сейма - рички Куколки.417) Еще и в описании 1781г. Веревская ричка называется Куколкою, хотя она и тогда уже имела вид болота, на котором плотина задерживала «став», вода котораго двигала существовавшую здесь изстари водяную мельницу. - Находясь среди низин, залитых устьем Куколки, Веревка могла возникнуть раньше Конотопа; в одной жалобе 1723 г., «Химка, жителька Поповская», пишет Полуботку, что «тому лет есть из-80, як паль (дубовые столбы) забита на поричию Попувци (т.е. Куколки), верх села Веревки, для занятия гребли и построения млинов...» Поэтому свидинию поселение Веревки может быть отнесено к нач. ХVIIв. И конечно, село здесь образовалось из около-мельничнаго поселка. - По описи 1654г. Веревка показана с церковью арх. Михаила; в это время население Веревки состояло почти из 170-ти домохазаев, из которых Козаков было три пятых (162), а «мищан» - дви пятых (105). По показанию старожилов в 1729г., Веревка сначала «прислушала» к Конотопу, а потом Мазепою отдана Тихону Кураховскому, по смерти котораго Веревкою владила вдова его до измины Мазепы;) а затим, Веревка Скоропадским была отдана кн.Гагарину, «при резиденции гетманской тогда будучому;», а когда Гагарин выбыл из Глухова, Веревка была отдана Конотопскому сотнику Костенецкому. - В этом показании старожилов есть неточность: после Гагарина Веревка перешла во владиние не сотника Костенецкаго, а старшаго его сына - Ивана, как это видно из описи 1711г., в которой Веревка значится «маетностью» п. Ивана Костенецкаго», причем в этом сели показано 35 дворов «товариства», 20 двор, «поспольства» п. Костенецкаго, 6 двор, «куринцов» п. Ив.Костенецкаго, «из товариства Веровскаго куреня», и вольных хат», «Веревскаго попа» - 3 и Обмачевскаго (Крупицкаго) монастыря - 2, из которых в каждой жило по хозяину из «посполитых»; а всего в Веревки в 1711г., было 66 домохозяев, т.е. население за 56 л. здесь уменьшилось ровно вчетверо. Из этой же описи видим, что в 1711г. не только Веревское поспольство находилось в послушании сотничьяго сына Ивана Костенецкаго, но последний имел здесь уже и 6 дворов «куринчиков», т.е. Козаков, находившихся в личной служби у Кост-аго, а между тем универсал на Веревку последний получил только в 1717г.419) Можно думать, что пользуясь как влиянием своего отца-сотника, так и своим положением - гетманскаго канцеляриста, Ив. Кост-ий сначала стал фактическим державцею Веревки, а потом уже выхлопотал гетманский универсал. Кз. А. гр. 21 дв., уб. 11 дв. подсос, коз. 3 х., и б. т. Ив.Костенецкаго - 4 х. и Степ. Костенецкаго - 1 х. Б. 54 дв., 85 х. Кз. А. б. т. Ив. Костенецкаго, уб. 19 дв. Б. б. т. Григория Костенецкаго, 20 дв., 25 х., корнета Якима Троцины (по женитьбе на дочери Афанас. Кост-аго), 14 дв., 16 х., в. т. Иосифа Костенецкаго, 12 дв., 18 х., Крупицк. монаст. 1 дв., 2 х. и подсос, разн. влад. - 3 х.

Хутора Лизогубские, между с. Веревкою и р. Сеймом, были устроены Ефимом Лизогубом около озера Вороновскаго, которое он получил от Мазепы, по универсалу 22 октября 1687г. - «поглядаючи мы на значные пана Ефима Лизогуба, бунчучного нашого енерал., в войску Запорожском прислуги, заховуем при нем для его домового вспартя, озеро над рикою Сеймом, против города Конотопу, прозываемое Вороновское, зо всими з него приходячими пожитками, до нашой войсковой ласки...» По описанию 1781г. Лизогубские хутора показаны за наслидниками Андрея Лизогуба- Будлянским и Дан. Требинским.

С. Поповка, рч. Куколка, по сосидству с Веревкой и по своему названию могла возникнуть из хутора одного из первых Веревских священников. По мистоположению Поповки значительное население в нем могло сосредоточиться лишь посли основания Конотопа, под защитою котораго только и могло в перв. полов. ХVIIв. основаться такое многолюдное село среди степи. -Уже по описи 1654г. в Поповки значится дви церкви, св. Троицы и архангела Михаила, и 399 двор, населения (150 козак. и 153 «мищан»). 420) Здишняя ричка Куколка была незначительна, чтобы привлечь к себе население удобствами устройства водяных мельниц.421) Многоземелье и близость Конотопскаго «замка» -единственныя причины сосредоточения в Поповки значительного населения. - Генер. следствие говорит, что Многогришный Поповку отдал генер. есаулу Грибовичу, от котораго она взята была Самойловичем и присоединена к Подлипенскому «дворцу». При Мазепи часть Поповских Козаков взята была в личную прислугу гетмана, причем на их обязанность был возложен присмотр за гетманским обозом, сначала во время походов, а затим - и дома. Часть этих Козаков, смотревшие за обозными повозками (палубами) назывались палубничими, а смотревшие за лошадьми - конюшевцами. - По описи 1711 г., в Поповки значится два козачьих куреня, а в них - 87 дв., из которых 73 коных; затим показаны: «Поповские козаки: рейментарские палубничие - 46 дв. и конюшевцы - 29 дв., и кроми того: «товариство конное до двору рейментарского в Поповце застаючого належит» - 6 дв. - Крестьян («посполитых людей») показано 101 дв. и 14 хат, - «попа тамошняго». Всего по этой описи показано 383 двора, т.е. почти тоже количество, какое было и в 1654г. - По описи 1726г. показаны: козаки «сотенные», т.е. отбывшие общую военную службу - 141 дв., «козаки, якие перед тим сотенные были, а за гетманов, в войсковых походах до палубов рейментарских наслуговали» - 56 дв., «козаки до двору Поповского для посилок служачие» - 3 дв. и наконец, «козаки сотенние, якие под час змини Мазепиной, поймали зминника Чечеля и за тое имиючии от к.н. Александра Даниловича (Меншикова) оборонный универсал» - 5 дв. Крестьян показано: пашенных - 60 дв. и пиших - 39 дв., причем о них замичено: «с двух сел Подлипнаго и Поповки, с подданных обывателей до разорения Батурина, до двора изминника Мазепы, окладу в год збиралось: с пашенных, в кого имились рабочие лошади и волы, с тех -с лошади и вола по 20 к., овса Конотопской миры по одной осмачки, в которой Московской миры - четверть и четыре четверика, да с пиших людей, с двора сбиралось по 20 к., а при владинии гетм. Скоропадскаго к оному окладу в прибавок, сбиралось с каждого двора: по 2 курицы, а гуси и утки по усмотрению, пряжи по мотку с двора, червеця (coccinella), которым красят пряжи, по одной ложки.» - О населении Поповки в это время дает интерестныя сведения просьба поповцев 1728г., по поводу постройки Преображенской церкви: - «мы вси едностайне с. Поповки... наурочищи, прозываемом Кариковци и поблизу оной мешкаючие козаки, конюшовские, палубничие и сотенние, и посполитие... просим - поневаж ми в сели Поповци за отлеглостию и за водами, от старой церкви далекие и нельзя нам когда надлежит, бивать в церкви и слухать пения, а зпозна до церкви хоть и прийдем, то за великим народа множиством, ибо нас в селе до 600 подиймя (т.е. дымов или хат), а душ до килка тысяч, не можем вмиститись в церковь...

Издавна желалисмо церковь вновь на прозываемой Кариковци, себи чтоб устроити, но за неиминием нашим, а имиючогось и к тому горливого когоб не могли зискати и упросить, по сей час очековали; а сего 1728г., прошлого мая... вновь церковь храм Преображения Господня зачалисмо з фундатором нашим, Конотопским знатним мешканцом и козаком п. Лукяном Бакланом..., строити, которая чинно и спишно вже настроилась, и на окончание оной деревня имиется; и весьма нам до оной надобно священника, яко от зачатия новой церкви всисмо едностайне желаем... Моисия Кривецкого, писара миского Конотопского, себи за духовнаго (пастыря), о котором з ним за призентом отца протопопи Конотопского, билисмо в преосв. владики, просячи на желаемого нами благословения, но за противним нашому (желанию) старой церкви попа Василыя Иванченка и пособляющою его поповой тютки, бывшой судиной Прилуцкой Марковичовой, так за инстанциею старости от Гудовича поставленного, Подлипенского Никифора Олшанского, задосить не учинилось...» Далие Поповцы просят гетмана - помочь им устроить священником Кривецкаго. - Из этого прошении видим, что упоминаемая описью 1654г. Поповская церковь арханг. Михаила была упразднена вироятно, не позже к. XVII в., и упразднена конечно, за умалением Поповскаго населения, которое затим в перв. четверти ХVШв. снова достигло такой цифры, что потребовалась вторая церковь... 422)

Служба у гетманов Поповских конюшевцов и полубничих была так льготна сравнительно с сотенною, что по смерти Скоропадскаго, они немедленно обратились к Полуботку, заявляя о своем желании продолжать прежнюю службу: «мы нижейименованные, през килко десять лет, цилим куренем, Козаков тридцать, служилисмо во всяком повелинии при дворах гетманских и знак прапирковий повелено нам носити, который и ныни есть;421) и нигде не оставалисмося в служби до найпослиднийшого походу, а когда же и в доми п. гетман бувал, то нам кони тыеж у - досмотр опредиляются. Ныни по преставлении ясневелможного пана, не видаем, яко мием и при ком найдоватися, а оте тоей ми вишевыраженноп службы козацкой не ухипяемся... Покорно просим вашего панского подтвердителного указа, а мы должны в служби статечне найдоватися...» (11 сент. 1722г.) В то же время Конотопский сотник жаловался (февр. 1723г.) Полуботку, что из Поповских «сотенных» Козаков многие перешли в конюшевцы и палубничие, избегая службы: «Поповские многие козаки до сотни служачие, под сей час, нехотячи тяжких и далекопутных походов с сотенцями отбувать, ухилившись от сотни, до стаенних (стайня = конюшня) и палубничих присовокупилися; и всех их стаенних, и палубничих, и от сотни отставших у - волности -80 человека живут, а на вислугу войсковую за множеством их, хиба (разви) в килко лит якому случиться на время отбуть...» Поповские конюшевцы и палубничие продолжали исполнять отдильную свою от «сотенцов» службу при Апостоли и позже, но в 1781г. они уже - соединены с остальными козаками.

При раздилении при Разумовском, никоторых сотен на дви, были отдилены от Конотопской сотни четыре села: Поповка, Подлипное, Сосновка и Шаповаловка, из которых была образована особая сотня — Поповская. Из Поповских сотников нам известны: Иван Жила, ок. 1757п, Николай Кленус, 1757-1761г. и Василий Богдановский, 1772г. О Кленуси известно, что он взят был 11-ти лет от роду из роднаго своего города Борзны, в Петербург, ко двору, в «пивческую музыку», в которой оставался 5 лет(1738-743); затим, потеряв голос, отпущен был на родину и здесь служил в Нижинской полковой канцелярии; отсюда он и получил Поповское сотничество по универсалу 1757г., - «понеже за оприделение от нас бывшаго в сотни Поповской сотника Ивана Жилы в другую сотню сотником же, та Поповская сотня состоит ныне на вакансии, того ради...респектом служеб предков и самого Кленуса отправленных, оприделяем его, Кленуса, в ту Поповскую сотню сотником..., приказывая полковой Нижинской канцелярии за обявлением сего нашего универсала, команду и корогов сотенные ему, сотнику, поручить; послидовательно -сотняне той сотни, яко то старшина и рядовыя козаки, також и войти с поспольством, долженствуют оному сотнику... быть послушними...» Кз.А. гр. 58 дв., уб. 41 дв., поде. коз. 8 х., поде, старшинск. 4 х.; конюшевцы гетманские - гр. 25 дв., уб. 9 дв. и палубничие - гр. 5 дв., уб. 25 дв. Б. разночинц. и сотен, старшины - 23 дв., коз. - 229 дв., 481 х., коз. поде. 10 дв., 13 х. и бзд. 12 х. Кр. А. «описаных на ея величество,» -гр. 18 дв. и уб. 68 дв., придворн. коз. — 3 х. и поде. муж. — 2 х. Б. крест. «волости Батуринск.» 72 дв., 107 х. и подсос, разы, лиц, 15 дв., 30 х.424) С. Сосновка, рч. Куколка. Мы видели уже (стр.183), что в 1629г. Сосновка еще не существовала; поэтому можно думать, что она основана почти одновременно с Конотопом и вироятно тим самим Конотопским старостою Сосновским, который был утоплен козаками в 1652г. (стр 207). По описи 1654г. в Сосновки значится уже и церковь (св. Покрова), что между прочим указывает - как быстро возникали во втор. четверти XVII в. села по юговосточной граници тогдашней Малароссии: не более как в 25-ть лит село успивало и самб устроиться и устроить у себя церковь... Значит, заселение новых мист производилось значительными массами, при чем движущим рычагом при переселениях были конечно, с одной стороны - льготы, которыя предоставлялись сельскому населению в Ливобережной Малороссии, ас другой - тяжелыя условия крестьянскаго быта на правом берегу Днипра. - О Сосновки генер. слидствие говорит, что это село при Самойловичи «надлежало в послушание до города Конотопа», (это обстоятельство подтверждает предположение о поселении Сосновки - старостою Конотопским); кроми того, бывало -того села посполитые сино косили на гетманские кони и протчия послушенства гетману отдавали и что затим гетман отдал Сосновку сыну своему Григорию, у котораго она и оставалась до низложения Самойловича...» Между тим на Сосновку давно уже смотрил завистливым оком бывший Каневский полковник Яков Лизогуб, который в 1675г. переселился на ливый берег в числи прочей правобережной старшины (стр. 185). Переселяясь на ливый берег, Лизогуб забрал с собою и весь свой скот; пригнав послидний к Конотопу, Лизогуб стал искать здесь «пустовских» земель, на которых можно было бы прокормить свое стадо. Сосновские и сосидних сел старожилы разсказывали в 1730г., что «п. Яков Лизогуб за гетманства Самойловича, с того боку Днипра в Конотоп перейшовши и не маючи где с товаром (скотом) подитись, минувши Сосновския и Поповския земли, занял часть Малосамборских земель, при урочище Перелазка; когда же Мал. Самбор достался Мазепи гетману, в то время бывшему еще дворянину (у Самойловича), и Самборцы стали с Лизогубом за ти занятыя земли спорить, то по просьби Мазепы, выслан был от гетмана Василий Чуйкевич, который и провел границу между землями Малосамборскими и тими, которыя занял Лизогуб...

Другие старожилы этот разсказ дополнили некоторыми подробностями. По их словам, когда п. Лизогуб, перешел с того берега, от Дорошенка, и стал жить в Конотопи, то занял между Сосновкою и Мал. Самбором лежавшую впусти степь и плугом ее оборал, «ибо в то время пустовския поля помежным жильцам занимать было кому хотя, невозбранно». При этом столитний старец из Поповки, Грицко Вертий, добавил, что около 50-ти лит тому назад, орал он на пустовском поли близь занятой Лизогубом степи, плугом, и тогда покойный п. Лизогуб приихавши к нему верхом, требовал, чтобы он ему показал «вольный там-гди пляц для займы себи синожати и он, Вертий, по требованию п. Лизогуба, показал ему вольный, никим не занятый синокос и покойный Лизогуб по указанию его, Вертия, тогда же тот синокос плугом оборал,...» Занятую около Сосновки степь (ныни х. Поповский, см. стр. 237) Лизогубу трудно было разширить, так как сосидния с нею земли отданы были Самойловичем: Малосамборския - Мазепи, а Сосновския -гетманичу Григорию. Между тим Лизогуб приобрив себи водяные мельницы и луга в с. Старой (стр. 219), нуждался в степной земли для -хлибопашества. Неожиданно Лизогубу удалось - не разширить занятую им степь, а - получить «в полное заживанье» всю Сосновку, за исключением разумиется, Козаков. Когда в малороссийском войски, стоявшем летом в 1687г., на походи в Крым у Коломака, возникло неудовольствие против Самойловича и послидний был низложен кружком старшины, завидовавшей первенству бывшаго своего собрата, - новым гетманом неожиданно для всих, был поставлен малозамитный и для всих чужой - генер. есаул Мазепа. Неожиданный избранник должен был отблагодарить своих избирателей, что он и сделал, роздав на первый раз, наиболие влиятельным из них - полковничьи и генеральные уряды. При этом и Яков Лизогуб, участвовавший в Крымском походи без уряда, получил Черниговское полковничество. Лизогуб этим не удовольствовался и на возвратной дороги новаго гетмана из под Коломака в Батурин, выпросил у него давно желаемую Сосновку, владилец которой в это время был уже на пути к казни. Мазепа конечно не мог отказать в этой просьби и 17 августа, в Ромни, выдал Лизогубу универсал: - «подаем до видомости, иж для вирных заслуг и годности п. Якова Лизогуба, полковн. Черниговского, надалем село Сосновку в полное заживане аж до ласки нашой, зачим приказуем, абы войт з посполитыми людьми не был в отдаванью послушенства спречен, окром Козаков, которых мы охороняем и мати хочем их при всячих своих козачьих быти волностях..." От Якова Лизогуба Сосновка перешла к сыну его Ефиму, а от послидняго - к старшему его сыну Андрею (стр. 203). По описи 1711г. Сосновка значится «маетностью п. Андрея Лизогуба» и в ней показано: товариства коннаго - 28 дв., пишаго - 21 дв. и «поспольства державцы п. Лизогуба» - 37 дв. «Купленых хат» показано: Григ. Костенецкаго - 2, Григ. Покотила - 2 и самого державцы Лизогуба - 2., с живущими в них посполитыми. Жившие в хатах Лизогуба посполитые вироятно были люди пришлые, почему и не значились пока «подданными»; наконец показан еще один «куринец» п. Лизогуба т.е. козак, поступивший в личную службу Сосновскаго державцы.

Как видно, в это время Андрей Лизогуб еще не налагал своей руки на Козаков. Он только оберегал своих «подданных» от «общенародных» повинностей, на что указывает слидующий любопытный универсал Скоропадскаго, 1713г. - «прекладал нам п. Андрей Лиз-б, зн. тов. войск., иж любо в сели его Сосновци еден компанией поставлен; еднак теперь вновь и другого тудаж на стацию (на постой) оприделено, на которых посполитые люде звлаща на шляху мешкаючие (особенно - как живущие на большой дороги) не могут отнюдь мисячного выстатчити датку; теды приказуем, абисте козацким сусидем и тим, якие именуются быти козаками и в том же сели Сосновки и некогда войсковой службы не отправуют, - и теперь их в походи немаш, - велили заровно з посполитыми, мисячную на помянутых двох компанийцев належитость без жадной спреки, отдавати...» Приведенное распоряжение - Козаков, не несущих войсковой службы, (вироятно по бидности), уравнивает с посполитыми относительно отбывания общественных повинностей. Затим, нетрудно было таких Козаков и вовсе перестать считать козаками...

Вскори засим, Сосновский атаман Величко донес гетману, что Лизогуб в Сосновки «Козаков в мужики верстает,» при чем назвал четырех Козаков. Скоропадский написал Лизогубу - не трогать Козаков. Хотя подобные гетманские приказы оставались без результатов, так как такое «верстание» производилось с согласия самих Козаков, почему тогдашная администрация была безсильна его предупредить, но Лизогуб был обижен дерзостью Сосновского атамана и воспользовавшись случаем, жестоко наказал его. - У Величка была земля, купленная у Сосновскаго козака Дениса Шостаченка. Купил Величко у Шостаченка усадьбу и пахотное поле в 1702г. и владил ими болие десяти лит как видно, спокойно; но сошелся он как то в «аренди» (корчми) сыном продавца -Шостаченка и тот стал доказывать, что Величко держит землю его отца безправно... Возник спор, за разришением которого оби стороны обратились к своему сотнику; но прежде чим сотник ришил это дило, Шостаченко отправился к Лизогубу и выдал ему купчую на спорную землю, зная, что это будет лучший способ отнять у Величка продажу своего отца. Получив купчую, Лизогубу нужно было прогнать Величка, так как последний не хотел уступать землю добровольно. Лизогуб употребил силу: «не терпил я такой муки,» пишет в своей жалоби Величко, «и будучи на турецкой каторги в плину, какую пришлось терпить от него, п. Лизогуба! - приковал он меня за шею к дымовой труби («до комена грубного») и курил дымом недиль семь, да еще в самую рабочую пору... Хвалился и застрилить меня... А потом забрал двор и пашню мою, а я принужден был - уходить и скитаться в Полтавском полку, лит тринадцать...» В этих скитаниях Величко прослышал наконец, что вмисто гетмана в Глухови, стала править дилами коллегия, в которой будто бы можно добиться справедливаго решения по жалобам на старшину... Величко вернулся в Сосновку и прямо отправился в свою хату; но Лизогуб прислал своего старосту и - Величко из хаты был удален. Величко обратился к своему полковнику, но так как Лизогуб был бунчуковым товарищем, то судить его мог только гетман, а так как гетмана в это время не существовало, то жалоба Величка была передана тогдашним «правителям» генеральной канцелярии. По жалоби Величка порушено было произвести слидствие одному из канцеляристов, который должен был ришить - чья купчая на земли Шостаченка крипче, Величка или Лизогуба? -Лизогуб стал доказывать, что купчая Величка составлена подложно и что объяснение Величка- будто купчую эту писал умерший Сосновкий дьяк Василий - несправедливо, при чем сослался на учеников умершаго дьяка - Сосновскаго священника и новаго дьяка, которые учились писать у Василия «на его руку». Для сличения почерков, найдено было у одного козака писанное умершим дьяком завищинае, с которым и сличена была купчая Величка - «по литерах, силлябах, дикциях и строфах, чи сходны литери з литерами? - Теди, не мало слова з словами не были сходны, поневаж того старого дьяка на духовници - старый и характер, и купчая Величкова сдается недавно писана, хочай давний год (1702) в ней написан». Таким образом купчая Величка признана была подложною. Величко должен был навсегда отказаться от тих земель, которые нужно полагать дийствительно проданы были ему Шостаченком, потому что после этой продажи, Величко болие десяти лит прожил на эти землях без всяких возражений со стороны сына продавца... При раздили Лизогубовских имений, Сосновка досталась сыну его дочери Татьяны - Ивану Тимофеевичу Жоравку, единственная дочь которого вышла впослидствии замуж за Ив.Дан.Покорскаго (Опис. Стар. XVIII в. Малоросс. I, 93, 331). По описи 1711г., в Сосновки показано: Козаков -59 дв. (кон. - 38 и пиш. - 21) и «поспольства» «державци п. Лизогуба» -37 дв. и кроми того, «хат купленных, во всем вольных,» с живущими в них посполитыми, Григ.Костенецкаго - 2, Григ.Цокотила - 2 и еще -«куринец Иван Баран п. Лизогуба и его хаты вовсем повинность отбувают» - 2, с живущими в ней двумя семьями посполитых; кажется, что Баран стал «куринчиком» Лизогуба, получил за то от послидняго позволение посадати подсосидков в «купленных хатах»...Кз.А. гр. 31 дв., уд. 26 дв., посдос. козач. 7 х.; б. т. Ивана Костенецкаго - 5 х. и зн. т. Степ.Костенецкаго - 5 х. Б. 62 дв., 128 х. Кр.А. б. т. Андрея Лизогуба, гр. 1 дв., уб. 19 дв. Б. ст. сов. Ив.Тимоф.Жоравки, 36 дв., 49 х., б. т. Ив. Костенецкаго, 1 дв., 2х.; в. т. Василия Армашевскаго 3 дв., 7 х., в. т. Осипа Костенецкаго, 4 дв., 6 х. и подсос, разн. влад., 5 дв., 12 х.

X. Поповский, ок. с. Сосновки, поселен на той степи около урочища Перелазки (стр. 233), которую Яков Лизогуб занял, переселившись в Конотоп. Степь эту жители с. Мал. Самбора считали принадлежащею к их землям, почему при отдачи Батуринской волости кн. Меньшикову, в 1726г., Гудович и отнял эту степь у Андрея Лизогуба. Обратно попросил эту степь у же наслидник Лизогуба- Ив. Тим. Жоравка в 1752г., у Разумовскаго; но когда Батуринская волость была пожалована послиднему, то Шишкин и Семенов (Оп. Ст. Малор. I, 184) снова отобрали у Жоравки и присоеденили к с.Мал.Самбору- степ Поповский, урочищи от Перелазки, при дороги Поповской, с конюшенным двором, гди прежде конной гвардии государевы лошади содержались. 425) Поповской степью названа она как видно, потому что находилась при дороги из М. Самбора в с. Поповку.

С. Шаповаловка, рч. Куколка, судя потому что в описи 1654 г. не упомянута, возникла в нач. втор, полов. XVII в. Хотя Величко при описании Сосновскаго сражения, и называет Шаповаловку, но это еще не значит, что село это в 1659г. действительно уже существовало: Величко мог при описании Сосновскаго сражения называть поселения, существовавшия только уже в его время, не справляясь о времени их возникновения. По свидительству генер. следствия, Шаповаловские крестьяне «прислушали к Конотопской ратуши,» т.е. помогали городу отбывать общественныя повинности, поставляя под воды и проч. Частное владиние в Шаповаловки образовалось из «скупли» Конотопскаго сотника Федора Костенецкаго, который на скупленных у козаков и посполитых грунтах, начал садить здесь подсосидков с тридцатых годов.

Вот перечень никоторых покупок Костенецкаго: в 1734г., куплено 13 дней земли, за 10 р., у козачки Соловьихи; в 1744г., 23 дня, за 40 р., у посполитаго с. Пекарева Коваля (вероятно, переселившагося из Шаповаловки в с. Пекарев); в 1747г., 18 дней за 31 р., у козака Власенка; в 1748г., двор за 66 р., у козачки Лисички; в 1751г., 8 дней за 20 р., у козака Якубовича; в 1752 г., 26 дней за 43 р., у козака Кобылки; в 1755г, 4 упруга за 5 р., у Подлипенскаго козака Калгуна и в том же году, 4 дня за 5 р., у козачки Конончихи. - По описи 1711г. Шаповаловка показана «маетностью до ратуши (Конотопской) належною.» Шаповаловское товариство составляло особый курень, в котором конных Козаков было 27 дв., а пиших, - 12 дв. Поспольства ратушнаго было - 7 дв. и будущих подсосидков: 1, поручика Балкашина «хаты купленние, во всем вольные» - 2, с живущ. в них посполит; 2, п. Гармашенка, канцел. войск., «хата купленная», а в ней - «товариш пиший», т.е. козак; 3, п. Григория Покотила, - 2 купл. хаты, в одной козак. а в другой — посполитый и 4, п. Вас. Харевича - купл. хата, а в ней посполиты. Кз.А. гр. 22 дв.,.уб. 19 дв., поде. коз. 1 х. и подсос, старш. - 6 х. Б. 45 дв., 63 х. Кр.А. свободных, принадлеж. к Конот. Ратуше - уб. 8 дв. и поде, поспол. - 1 х. Кр.нет, а остались только подсосидки: в. т. Ярмашевскаго - 2 дв., 3 х., в. т. Федота Костенецкаго - 2 дв., 3 х. и др. влад. - 3 бзд. хаты.

X. Сарановка рч. Куколка, замичательна тем, что находится в урочищи Пустой Торговицы, на мисти котораго в ХVв. существовало значительное поселение, за тим безслидно исчезнувшее. - При спори России с Польшей за Путивльский рубеж, между прочим возбужден был вопрос о том - кому должна принадлежать мистность, составляющая теперешние - Роменский и Конотопский уизды. В доказательство того, что земли эти тянут, как принадлежность Чернигова, к Польши, польские «межевые судьи» показывали «московским межевым судьям» - «привилие короля Казимира, старинные, давные, на волость Роменскую, что то земля королевского величества належала всегда до Чернигова. Да в ту ж пору перед межевыми судьями, показывали державцы украинные привилия короля Александра на волость Торговицу, которая ныни впусти, и на рику Самбор.» 426) Из этого отрывка видно, что в к. ХУв. Около рч. Самбора существовала «волость Торговица», которая во время споров за Путивльский рубеж (1638г.), находилась уже «впусти». Слидует предположить, что исчезла она вмисти с другими южно-русскими поселениями, во время нашествия Менгли-Гирея, которое пока еще не исслидованное, повидимому, повторило Батыево опустошение среди южно-русского населения... В приведенном отрывки волость Торговица упоминается случайно, потому что владилец ея имил на свои земли королевскую грамоту, но конечно тут же, рядом, были и другие поселения, исчезнувшие вмисти с Торговицкой волостью. Память о Торговици хранило предание до к. ХVШв. Мы уже видили, что Путивльская межевая книга в 1629г. называет «городище Пустой Торговицы» (стр. 183) При описании Батуринской волости в 1761 г., когда она отдавалась гр. К. Гр. Разумовскому, был отобран от Сосновскаго владильца Жоравки: ((степ, прозываемый Пустая-Торговица, при р. Торговици, с поселелившимися в слободи Торговици подданническими дворами.» 427) Под именем слободы Торговицкой и разумиется -настоящий хутор Сарановка, о котором описание 1781г. говорит, что он находится при самой вершины рички Сухого Ромна 428). Слиды исчезнувшаго здись поселения сохраняются и по настоящее время. Сохранился «городок» очень интересный по своему мисторасположению: городок представляет собою круг, имиющий в диаметре саженей около 30-ти, с насыпанным кругом - валом и теперь еще имиющим около 2-х саженей вышины; с наружной стороны вал окружен рвом. Расположен городок теперь среди болота, а четыреста лит назад он находился конечно, - среди рички, которая и служила ему главною защитою. Торговицкий городок представляет собою тип степнаго укрепления: по отсутствию гор и лисов, степные поселенцы при нападениях врагов, крылись в городках, которые устраивали из одной земли на ближайшей води... Кроми городка, сохранилось еще повидимому и Торговицкое кладбище, тут же, в урочищи «могилки». Слиды могил видны и теперь. Лит двадцать назад, мы разрыли дви или три из этих - могил и нашли в каждой из них, сохранившееся еще черепа и другие кости среди слидов истливших гробов... Кр.Б. Батур. вол., 16 дв., 18 х.429)

С.Подлипное, рч. Липка, поселено одновременно с Конотопом, так как в 1629г. села этого еще на было (стр. 183); возникло оно как и соседняя Поповка, под защитою Конотопскаго «замка», что видно между прочим и из того, что в Подлип ном своего «острожка» не было, как видно из описи 1654г. Занятыя этим селом земли принадлежали к тому «уколному бортному ухожью Липицкому», за захват котораго козаками, Путивльские воеводы жаловались Хмельницкому в 1649г. (стр. 174). Под защитою Конотопа, Подлипное стало очень скоро многолюдным селом: в 1654г. оно уже было центром особой Подлипенской сотни. По описи 1654г., в нем значится церковь св. Николая Чудотв. Сотник Василий Реба, 203 дв. козаков и вироятно столько же «мищан». 430) Значит, в пол. ХVПв. Подлинное было гораздо многолюдние Поповки. О владельцах этого села генер. следствие говорит, что первым из них был компанийский полковник Мурашко, получивший это село от Многогришнаго; «а як настал Самойлович, а Мурашко взят в неволю,430) то оное село на гетмана Самойловича належало и он, Самойлович, наддал был тое село ни якомусь Константин) (= Голубу, брату жены Самойловича), а от Константин отобравши и владивши оным мало сам, изнову надал свату своему Федору Сулими (стр. 213), а от Сулимы отобравши, наддал сыну своему Якову. А як посли Самойловича гетманом Мазепа ученей, то тое село ишло на его гетмана; а он Мазепа надал было генералн. асаули Василию Вуйци; поели же Вуйци и знову на его, гетмана, належало; а поели Мазепы гетман Скоропадский владил. И в оном сели гетманом Самойловичем устроенний дворец гетманский имиется...» Под словом «дворец» слидует разумить усадьбу, двор. К этому «дворцу» причислены были кроми Подлипнаго, еще три села: Поповка, Гуты и Старое. «Подлипенским дворцом» или староством, завидовали особые старосты, назначавшиеся самими гетманами; в видинии этих старост находились и Озарицкия мельницы, Подпипенские старосты пользовались такою властью в своих селах, что позволяли себи насилия даже и над лицами, повидимому вовсе от них независившими. В этом отношении очень характерна жалоба Старанского священника Петра Иосифова, поданная им в 1739г. Вейсбаху, на насилия Подлипенскаго старосты Кохановскаго 423) Злоупотребления послидняго были так велики, что Вейсбах (стр. 194) лично приизжал в Подлипное производить слидствие по его жалобам.433) - По опис. 1711 г. в Подлипном показано: товариства коннаго - 22 и пишаго - 10 дв., «под старостою Подлипенским» товар, кон. — 9 и пиш. -9 дв.; поспольства- 148 дв. Как видим, никаких «вольных хат» частных владельцев здесь нет. Приобретению их препятствовали, конечно, Подлипенские старосты, которые заводили свои хутора и там строили «вольные хаты», чтобы садить в них подсосидков. Так староста Михайло Кохановский (1721г.) поселил около Парпуринаго хутора свой хутор, сохраняющий название своего основателя до настоящаго времени. - По описи 1726г. значится: грунт, крест. - 105 дв. и убог, (пиших) - 31 дв. и коз. - 60 дв. С пожалованием Батуринской волости Разумовскому в его владение поступило и Подлипное Кз.А. гр. - 28 дв., уб. - 15 дв. и поде. коз. — 2 х. Б. 93 дв., 210 х., поде. коз. - 10 х. Кр.А. «описи, на ея величиство» гр. 21 дв., уб. 55 дв. и «козаков придворных, наслугующих дворцу», гр. 6 дв. и уб. 8 дв. Б. «подданных вол. Батур. «66 дв., 111 х. и поде, разной. 1 дв. и 5 х.

Х.х. Парпурины, рч. Липка, первоначально заведены в к. ХVIIв., Парпурами, старыми Конотопскими козаками, на частици того «Липицкаго бортнаго ухожья», о котором говорит Путивльския межевыя книги (стр. 183). В одном из этих хуторов, ближайшем к х. Скибенцам, и теперь еще живут дубы, которых возраст должен быть опридилен столитиями и которые вироятно представляют собою остатки дубовых лесов, покрывавших некогда берега здешней рички и служивших Путивльским жителям для ведения бортеваго пчеловодства434)

С.Семяновка, рч. Липка, поселена в нач. втор, полов. ХVIIв., так как в описи 1654г. не упоминается. При Самойловичи «отдавала подданническое послушенство до замку Батуринского»; затим Мазепа «надал тое село асаули генеральному Андрею Гамалии; по смерти старого Гамалеи досталося оное село сынови его Андрею ж, а по убитии в Полыди шведами Андрея Гамалиенка (1706г.), жена его Андреева (Настасья) Миклашевсковна с дитьми владила тим селом». По описи 1711г. показано за Корецким, за которым вдова Андрея Гамалии была в это время замужем. - Семяновка поселена на Путивльских землях, на том же Липицком бортном ухожьи, на котором поселилось и Подлипное. Первые насельники Семяновки занимали пустопорожния земли и никто с ними за эти земли не спорил. Возникли споры за Семяновския земли, со стороны великороссийских владильцев, уже в нач. ХVШв., когда в сосиднем силе Вязовой купил часть земли помещик Салтыков. По жалобам семяновцев на насилие послидняго, произведено было в 1730г., по гетманскому приказу, слидствие, которое показало, что «с давних часов к с. Семяновки принадлежат поля: от шляху Будайлова, который идет из Конотопа за долину Калинову, по Костырскую могилу и по Дубровский яр, на могилу Токареву да на Круглое озеро, до распустья дорог Путивльской и Череповской, где столб Путивльский поп Тимофей укопал было; а оттуда через рику Сухой Ромен на Вовкодавову пасику... А в 1715г. генерал Федор Салтыков купил себи в сел. Вязовой небольшое помистье и с того времени приказчики его, Салтыкова, не малые им, семяновцам, чинят в оных полях притиснения; грабежи побои и разоренья... А потом, на пахатных полях их, а именно на нивах козаков Косенка, Фесюка да Загородненка и на нивах давно уже купленных старым сотником Конотопским Григ. Костенецким - приказчик Салтыкова, не извистно по чьему указу, в мае 1730 году, осадил слободу своему господину»...435). Из разслидования таким образом оказалось, что у семяновцев отнято было такое количество земли, на котором возможно было поселить целую слободу. Возвратить отнятые земли гетманская власть была тим болие безсильна, что нельзя было доказать принадлежности этих земель Малороссии, так как занятыя семяновцами земли принадлежали скорие путивльцам, чим конотопцам.

При раздили между сыновьями Андрея Андр-ча Гамалии наслидства, Семяновка досталась сыновьям его - Григорию и Ивану, пополам; затим, за бездитством перваго, село это перешло в собственность одного Ивана. Послидний служил сначала бунч. товарищем, а потом с 1743г., членом генеральнаго суда; при отставки он получил чин генер. судьи, но на судейском уряди он не был, хотя в актах и называется генер. судьею. Он был женат сначало на дочери богатаго Путивльскаго помищика Анненкова, а потом, на вдови графа Гаврила Рагузинскаго; за первою женою Ив. Гамалия получил значительные иминия в Путивльском уизди. Посли его смерти, в 1766г., Семяновка перешла к его сыну Михаилу Ивановичу, а от послидняго к сыну его Гаврилу Михайловичу. По описи 1711г. в Семяновки показано: «товариства конного» - 17 дв. и «пишаго» - 16 дв. и «люде посполитии державци пана Корецкого» - 29 дв. и кроме того - «его ж п. Корецкого, козаки учинение з мужиков до дворця» - 5 дв.; Григ. Костенецк., «хати куплении» - 3 х.; п. Грабовскаго «купленная хата волная» - 1 х.; «под протекциею п. писаря енералн. волний Василь Дяченко, 4 хати. вольнии» и «Матвия, бувшого писаря, хати волния» - 2 х. Коз.А. гр. 23 дв., уб. 13 дв., поде. коз. - 1 х.; сотника Осипа Костенецк. - 2 х. бунч. тов. Якова Грабовскаго - 2 х. и зн. тов. Степ. Костенецк. - 2 х. Б. 28 дв., 81 х. Кр.А. б. т. Григория и Ивана Гамалиив — гр. 21 тв., уб. 46 дв. и «придворных Козаков» 5 дв. Б. колл. ассес. Гамалии, 73 дв., 127 х., полк, судьи Базилевича 1 дв., 4 х., в. тов. Алексея Костенецк. - 2 дв., 6 х.; в. тов. Осипа Костенецк. - 4 дв., 6 х. и подсос, священ. - 2 х. Рядом с Семяновкою поселена была, при Самойловичи, слободка Кандибовка, по слидующему универсалу 1679г. - «маючи мы респект на годние заслуги п. Федора Кандибы (стр. 186), позволилисмо ему завидовати и владити людьми тими, якие з того боку Днипра зайшлими будучи, около хутора его, в сели Семяновци, за ричкою (Липкою) по осидами, (яких минуют быти хат з - двадцать), которие то люде повинни ему, п. Кандиби, як до воженя дров, так до кошеня и прятаня сина бити послушними». При нападениях Салтыкова на Семяновку страдала и Кандибовка: в 1720г. Салтыков было совсем отнял эту слободку у Кандиб, а затим хотя и возвратил, но не всю, так как повидимому значительная часть Кандибовских земель осталась у Салтыкова 436). Кр.А. уб 22 дв. Б. б. тов. Дан.Кандибы - 9 дв., 17 х.


 

 
 

 
   
X